ЛЮБОВЬ В СОБРАНИЯХ

“Любите друг друга, как Я возлюбил вас”, – вот наставление Учителя (Иоан. 15: 12). “Мы должны полагать души свои за братьев”, – пишет апостол (1 Иоан. 3: 16). “Всякий, кто любит Родившего, любит и рожденного от Него” (1 Иоан. 5: 1, ВоП). Да, действительно, все принадлежащие к Церкви Христа имеют дух любви во время зачатия духом. По мере их приготовления к Царству, этот дух любви будет расти и изобиловать, пока не будет усовершенствован в воскресении. Тогда мы получим наши новые тела, которые позволят нашим любящим сердцам проявить себя в полной мере. Тем временем мы видим, как дорогие братья Господа часто сурово испытывают других, досаждают другим, будучи не в состоянии побуждать к любви и добрым поступкам, а, скорее, подстрекая к склокам!
Хотя мы, естественно, должны приписать такие слабости не Новому Творению, а ветхому творению, однако никогда не следует забывать, что рост Нового Творения означает смерть ветхого, поэтому насколько наша плоть не является мертвой для греха и самолюбия, настолько мы, Новые Творения, еще не достигли желаемого идеала.
Редактор часто получает письма от старейшин собраний с просьбой дать совет, как им решать дела в собраниях, а также от членов собраний, которые спрашивают, как им быть с избранными старейшинами и диаконами. Избранные слуги собраний часто имеют ощущение, что братья, которые избрали их, не питают к ним достаточно доверия и не поручают им в надлежащей мере вести дела собрания – что собрание хочет само вести дела и только спрашивает советы старейшин. В таких случаях мы советуем старейшинам полностью удовлетвориться таким положением дел: что именно собрание, как целое, представляет Господа, и что ни один слуга собрания не имеет права превышать полномочия, которое собрание предоставляет ему голосованием.
Из нашего опыта известно, что исследователи Библии чувствуют большую потребность в защите своих прав и исполнении обязанностей, которые Господь возложил на них. Для них простительно даже то, что они проявляют в этом слишком большую заботливость – принимая во внимание примеры вокруг нас среди протестантов и католиков, власть священников, а также склонность духовных захватывать власть и авторитет, игнорируя при этом экклесию.
С другой стороны, собрания часто чувствует, что старейшины ими руководят, “верховодят”, даже если так не происходит на самом деле. Временами они сетуют, например, что старейшины увлекаются речами и пытаются давать лекции по всякому поводу, иногда даже превращая собрания свидетельств и молитв, а также верианские исследования в удобные случаи для произнесения речи. Если говорится, что преимущество отдается верианским исследованиям, и изменения в порядке, установленном собранием, нежелательны, то старейшины иногда обижаются на собрание, говоря, что их не ценят. В другой раз они или обижаются на тех, кто имеет отвагу доброжелательно напомнить им об этом, или считают себя исключением, полагая, что они нравятся собранию, что может свидетельствовать в значительной степени о собственной переоценке.

ПАСТЫРСКИЙ СОВЕТ

Трудно сказать, что посоветовать собраниям в таких случаях, когда старейшины теряют не Дух Господа, а, по-видимому, надлежащее равновесие здравого ума. В целом мы направляем тех, кто спрашивает, к обширной статье на данную тему в Исследованиях Священного Писания, том 6, и просим их прочитать ее еще раз и поступать соответственно. Но, даже прочитав, некоторые из дорогих Господних овец по-прежнему не знают, как добиться надлежащего библейского порядка и сохранить свободу собрания, не позволяя старейшине наносить вред себе и интересам собрания.
Наш общий совет братьям заключается в том, чтобы представить такие вопросы Господу в молитве, одновременно будучи внимательными ко всякой возможности добиться того, что, верим, является Господней волей для собраний. С одной стороны, мы обязаны отметить, что было бы совершенно неприемлемым для собрания позволить старейшине “быть хозяином”, или, как сказал св. Петр, “господствовать над наследием” (1 Пет. 5: 3). так как это было бы во вред интересам старейшины, а также интересам собрания.
С другой стороны, собрания должны пытаться избегать придирчивости и выискивания изъянов. Они должны ценить Дух Господа, дух преданности, знания Истины и умения ее излагать – где бы это не проявлялось – и должны с радостью помогать друг другу находить возможности для развития в благодати, знании и изложении Истины, каждый исходя из талантов, дарованным ему Господом, и в соответствии с указаниями Господнего Слова. Следует воспитывать в себе снисходительность друг к другу, готовность умывать ноги другим (символически), умение ценить в других черты подобия Христу.
Каждый старейшина должен стремиться внимательно узнавать волю собрания, в полной мере высказанную собранием относительно порядка и устраивания его дел. Однако при этом мы не должны быть слишком требовательными к тому, как должна быть выражена воля собрания. Другими словами, мы должны считаться с тем, что удовлетворяет большинство собрания. К старейшинам не надо цепляться за то, что мысль, которая удовлетворяет собрание, не была высказана каким-то особенным, исключительным образом. Другими словами, меньшинство в собрании не должно чувствовать себя вправе приводить в смятение собрание и вызывать склоки только потому, что методы, которым отдает преимущество меньшинство, не были тщательным образом соблюдены. Каждый член собрания имеет полную свободу выразить свое убеждение в подходящее время – особенно во время выборов. Но он должен полностью удовлетвориться, высказав свое мнение и позицию, и пристать к убеждению большинства, которое высказалось за или против.

СНАЧАЛА СПРАВЕДЛИВОСТЬ, ПОТОМ ЛЮБОВЬ

Всегда помним, дорогие братья и сестры, что хотя мы ищем любви и ее уз совершенства, наша собственная деятельность должна измеряться, прежде всего, абсолютной справедливостью. Лишь тогда к этому можно прибавить сколько угодно любви. Например, во время выборов необдуманно выдвинута кандидатура одного из братьев для определенной службы в собрании, однако он совсем не подходит для такого положения. Не надо искать вину этого брата, потому что он имеет право принять номинацию и показать собственное неблагоразумие. Но, с другой стороны, мы не должны чувствовать себя связанными его мнением, как и не должны позволить опасениям оскорбить брата, кандидатура которого предложена, удерживать нас от высказывания, через голосование, того, что, на наш взгляд, будет волей Господа в этом вопросе. И если собрание проголосовало против, брат, которого выдвинули, не имеет права обижаться, а должен, скорее, восхищаться отвагой братьев, которые отклонили его кандидатуру.
Брат, в случае какого собрание проголосовало против, не имеет права спрашивать то ли собрание, то ли кого-то из членов, почему они голосовали против него. Это их дело, а не его. Они лишь воспользовались правом, следуя своей совести. Это вопрос справедливости. Любовь, в смысле человеческого сочувствия, не должна иметь места в решении таких вопросов, где Слово Господа определяет правила, которых должен держаться каждый член Экклесии. Неспособность видеть принципы справедливости (праведности), кажется, лежит в основе почти всех трудностей в собрании. Мы просим, чтобы все, кто оказался в таких трудностях, представили дело Господу в молитве, а затем рассмотрели его в свете абсолютной справедливости.
В Шестом томе Исследований Священного Писания мы пытались отстоять мысль, что воля собрания, насколько это возможно, должна быть выражена большинством – по крайней мере 85 процентами от общего числа. Однако это  не означает, что справедливость или любовь передаст все дела собрания остальным пятнадцати процентам и позволит им диктовать волю, чтобы, например, позволить им решать, что не будет никаких избранных старейшин или диаконов, потому что меньшинство сохраняет за собой пятнадцать процентов от общего количества и настаивает на своем видении, иначе вся деятельность собрания должна остановиться. В этом не было бы ни любви, ни справедливости, поэтому на нечто подобное нельзя давать согласия.
Правилом большинства является критерий справедливости, и все, что мы предложили сверх этого, является уступкой со стороны любви – попыткой удовлетворить вкусы и предпочтения, если это возможно, всего собрания или, по крайней мере, большинства собрания. Большинство должно с любовью пытаться регулировать дела собрания, чтобы они, по возможности, удовлетворяли каждого члена собрания. И насколько это не удается сделать, настолько будет существовать побуждение внести беспорядок и раскол в собрание. И хотя разделение группы на два собрания всегда достойно сожаления и ему следует противостоять, и все должны жертвовать чем-то, чтобы сохранить “единство духа в союзе мира”, однако разделение собрания на какое-то время конечно же предпочтительнее, чем постоянное несогласие, которое будет мешать духовному продвижению всех участников.

R5921 (1916 г.)